Евгений Владимирович Кисурин откровенно рассказывает про одно из самых массовых отравлений в истории лучшей игры с мячом, бессистемность российского баскетбола, собственную тренерскую «коллекцию», приход в «Уралмаш», противоречивого, но лучшего Шведа и не только… Этот лонгрид не просто познакомит Вас с одним из величайших игроков современности и, по совместительству, главным тренером ДЮБЛ «Уралмаш», но и легко введёт в курс истории отечественного баскетбола конца 90-х — начала нулевых. Если Вы не против просвещения по-уралмашевски, дерзайте! Самых вдумчивых и выносливых на финише ожидает своеобразный «сладкий приз».

Об одном из известнейших «отравленных» матчей в истории

««Укатали» их так, что они просто были в шоке»

— Отравление игроков ЦСКА, к коим относились и Вы, накануне решающего четвертьфинального матча против «Олимпиакоса». Как это было на самом деле?

— В 1995 году мы попали в плей-офф, первый матч играли дома. Выиграли у них тогда с преимуществом в 30 очков (прим. ЦСКА – «Олимпиакос», 95:65, первый четвертьфинальный матч за выход в «Финал четырёх» Европейской лиги ФИБА). «Укатали» их так, что они просто были в шоке. До конца игры они держали на паркете свой основной состав, мы же вывели наших молодых, Никиту Моргунова, например, которому было тогда 19 лет, и они спокойно удерживали счёт против основного состава «Олимпиакоса». После матча нам стали поступать предложения, мол, проиграйте в Греции, мы сначала к этому пренебрежительно относились. Но потом люди стали предлагать реальные деньги, причём иногда такие, что для некоторых наших игроков это была целая годовая зарплата. Чуть ли ни две, три годовые зарплаты.

— Это происходило напрямую или через посредников?

— Да, напрямую. Они не стеснялись, звонили или подходили, и говорили: «Вот вы проиграйте, а мы вам на всю команду такую-то сумму дадим». Мы одно собрание между собой провели в раздевалке, без тренера, решили, если один раз это сделаешь, потом оттуда не выбраться будет, да и люди неизвестные могли и обмануть. Или мало ли мы бы случайно выиграли, могли и убить, как это делают с продажными спортсменами. Думаю, те люди, которые нам деньги предлагали, и поучаствовали в нашем отравлении.

«Судороги такие, что иногда полторы минуты не мог вдохнуть»

— Каковы были последствия отравления?

— Они подсыпали нам галоперидол (прим. сильный антипсихотик, часто прописываемый шизофреникам) в воду, которую давали на игру. Я вообще много воды пью по ходу матча, и прямо во время первой ответной игры почувствовал некую заторможенность, всё происходило как-то неадекватно. После встречи была глубокая депрессия, потом судороги, меня всю ночь «колбасило». Судороги такие, что иногда полторы минуты не мог вдохнуть, да ещё и позвать никого не мог. А доктор наш ведь тоже не знал, что это — отравление. Когда он пришёл ко мне, я ему рассказал, что меня трясёт, холодный пот выступает. Он сказал: «Ну, слушай, там, в зале так накурено было, давай Но-шпу попробуй выпей». Вколол он мне Но-шпу, от этого чуть-чуть полегчало, через час опять судороги начались. Я помню, у меня у первого симптомы проявились, потому что пил эту воду, начиная с разминки. И за ночь, получается, я всю воду, что была в холодильнике, выпил. Перепотел, передёргался и утром встал совершенно измотанным, я таким уставшим никогда не был. Сидеть даже тяжело было. Потом у нас начали люди «сыпаться», видимо, лекарство подействовало. Между двумя играми был свободный день, и мы поехали на тренировку. Сначала Никиту Моргунова свело судорогой, потом Васю Карасёва, и так просто пачками люди начали «отваливаться». Только тогда забеспокоились. Когда симптомы были у одного меня, все подумали, что слабенький, не выдержал.

Стоял вопрос: играть или не играть? Греки сказали: «Ребята, у нас вторая игра, телевизионные права проданы, неустойка — полмиллиона долларов, платите и уезжайте!». Было два варианта: либо ждать два-три дня решения ФИБА о переносе игры, либо сыграть сейчас. Естественно, все хотели побыстрее уехать домой из этого ужаса. Поэтому решили играть (прим. ЦСКА вышел на матч с составом из пяти человек (Грезин, Спиридонов, Курашов, Вадеев, Кисурин), матч закончился победой «Олимпиакоса» со счётом 79:54).

vozvr

О том, каково это – быть «закопанными» собственной федерацией

— От ущерба извне плавно перейдём к ситуации, когда вредят свои же люди.  29 июля 2015 год. Дисквалификация Российской федерации баскетбола и всех сборных от международных соревнований. Вы как раз в то время были главным тренером мужской сборной до 16 лет и собирались лететь на Чемпионат Европы. Ходили слухи, что Ваш самолёт развернули прямо во время рейса, это правда?

— Нет. У нас были билеты, мы знали, что возможна дисквалификация. Сначала поехала женская сборная, девчонки успели прилететь и отыграть первую игру, в пятницу это случилось, а мы должны были во вторник вылетать. Уже и фотосессию провели, и определись с составом, выбрали 12 человек, остальных отчислили. Как пришла официальная новость о дисквалификации, мы, естественно, спросили у федерации, что делать. Нам сказали, мол, сейчас письмо напишем, мы приедем туда, и Кириленко приедет, нас допустят, всё снимут, это же ерунда! Мы до последнего верили, что поедем и будем играть! И когда уже завтра самолёт, приехал работник федерации и сказал, что никуда мы не летим. Я говорю, ну давайте, мы поедем туда, ведь билеты куплены, визы проставлены. Он говорит: «Понимаешь, пришло письмо из ФИБА, что даже если вы туда приедете, вас не допустят до турнира». Я предложил, начать играть хотя бы со второй группы, за 15-20 места, чтобы просто не вылететь в группу Б. Это было невозможно.

«…нам по силам было выйти в плей-офф…»

— Насколько тогда, по вашим тренерским ощущениям, ребята были готовы?

— Это та же команда, которая сейчас заняла девятое место на Чемпионате Европы, восемнадцатилетние парни. Конечно, чуть-чуть изменился состав, другие люди появились.

Мы тогда разделились перед Чемпионатом. Так получилось, что 2 турнира было в одно и то же время: игры с китайцами в Иркутске, они постарше были на год, и был в Греции турнир. Ни от одного соревнования нельзя было отказаться. Нам пришлось разделить сборные пополам, по 10 человек, примерно одинаковые по уровню ребята, в каждой были как лидеры, так и игроки послабее.  И таким половинчатым составом мы туркам проиграли совсем чуть-чуть, а они завоевали на Чемпионате Европы бронзовые медали, обыграли там греков, которые, кстати, потом стали восьмыми, то есть, я думаю, в восьмёрку мы точно должны были попадать. А это значит – плей-офф, там уже тяжело прогнозировать.

То же самое, как наши шестнадцатилетние проиграли не так давно, чуть-чуть их отделяло, не сделали бы этот дурацкий манёвр свой, мы бы выиграли 1/ 8, вышли бы в четвертьфинал, там уже было всё возможно.

Поэтому, я скажу, что нам по силам было выйти в плей-офф, а дальше… Ну, уж очень ровные команды были.

«…самим себя дисквалифицировать ради того, чтобы остаться во главе»

— Ваше тогдашнее отношение к действиям нашей федерации.

— Я позвонил им, всё высказал. Созванивался с Домани (прим. Домани Дмитрий Вячеславович, генеральный менеджер мужской сборной России), мы с ним поругались на этот счёт. Он говорит: «Ты что так нас критикуешь?». Я отвечал: «А чья это работа? Мы что ли сами себя дисквалифицировали? Это ведь из-за ваших действий! У вас там идёт борьба. Вы там о чём-то думаете, кроме, как о собственных шкурах? О стране, о детях, которые полтора года работали, об их родителях, о болельщиках, в конце концов. Ты знаешь, я в первый раз вижу, чтобы так относились к сборной. Раньше делали всё, чтобы мы играли. А тут самим себя дисквалифицировать ради того, чтобы остаться во главе. Я своё мнение не изменю, хоть, Дима – ты мне и товарищ, и друг».

ruki

«…если ты не работаешь на «земле», успехи так и будут приходить случайно, наскоками»

— На дворе 2017-ый год. Федерацией сейчас управляют абсолютно другие люди. Просматривается ли, на Ваш взгляд, в действиях РФБ положительная динамика?

— Мне кажется, результаты говорят о том, что мы двигаемся не в лучшую сторону. Сейчас система воспитания игроков просто атрофировалась. Есть школы, которые работают на себя, есть тренеры, которые набирают группы, с этой группой ему нужно занять условное первое-второе место на чемпионате города, района или области, чем выше место – тем больше зарплата. Что будет дальше с ребёнком из этой группы, умеет он водить левой рукой, будет ли он игроком? Это тренера, вообще, не волнует. Никого не волнует. А этим надо заниматься до 16 лет. И вот до 16 лет люди не приходят. Сейчас в ДЮБЛ «Уралмаша» нам поставили задачу – воспитать игроков, вот мы их и воспитываем, начиная с ведения, бросков, то есть то, чем занимались раньше в спортивных школах.

Системы нет. И то, что у нас резервные сборные сейчас ничего не могут добиться, вполне объяснимо: раньше, при том же Чернове человек в смысле тренер давал результат, он работал. Сейчас же назначают тренеров, которые не просто должны давать результат, но еще, и обязаны быть удобны федерации, хотя это никакого отношения не имеет к результатам.

Вообще, федерация заинтересована в хорошем результате, но они не умеют его достигать. Сейчас частные интересы превалируют над интересами государства. Три вида, так скажем, баскетбольных учебных заведений: спортивные школы, интернаты и центры спортивной подготовки у нас сейчас работают автономно друг от друга и чуть ли не воюют. Пока не будет системы – не будет никаких результатов, всё будет хуже и хуже. Честно, думал, когда придёт Кириленко, он сядет с людьми, которым он доверяет, поговорит с теми, кто реально может заняться подготовкой с раннего возраста. Но такого не было. Было просто: ну, мы вот сейчас вместо Аникеевой, воровать не будем, долги закроем, сделаем сайт и ничего менять не надо. Аникеева, конечно, тот антигерой, после которого любой станет хорошим руководителем, но оказалось, всё не так. Можно делать замечательные сайты, организовывать спортивные лагеря, «Экспо-Баскеты», но если ты не работаешь на «земле», успехи так и будут приходить случайно, наскоками. Вот есть у нас сейчас в женском баскетболе Маша Вадеева и другие таланты – это люди из организованного спортивного центра, где есть интернат, где всё заточено под конечный продукт. Если и появятся в этом поколении игроки уровня Кириленко, ну, проведут они хорошо один из международных турниров. И что из этого? Системным от этого наш баскетбол не станет. То, что мы сейчас делаем в «Уралмаше», это, по сути, спортивная школа. На сегодняшний день мы вынуждены учить их настоящим баскетбольным азам: как водить, бросать, передавать, а, если по-людски делать, они сейчас должны учиться играть в баскетбол. А без первого – никуда, нельзя никакую тактику, понимание баскетбола привить человеку, который не умеет правильно водить, передавать, бросать. Поэтому мы везде отстаём по всем статьям. Я не думаю, что у нас такие глупые тренеры, которые не умеют готовить игроков, просто у них цели другие. Вся Европа, более или менее, наш прошлый опыт переняла: собирают таланты в одно место, выбирают парней 12-13 лет, 24 человека и их индивидуально там тренируют, для них все условия создают вокруг спорта: ты потренировался, потом поучился, и так по порядку, как и надо.

Но всё равно хочу сказать, у нас талантов меньше не стало, да, была эта демографическая яма, когда люди сидели по домам, боялись детей на улицу отпускать, но сейчас молодёжь и в парках гуляет, и на море отдыхает, и подвижными играми занимается. И теперь уже я замечаю: раз, раз, раз, начиная с 1998-1999 годов, у нас уже выбор какой-то появляется. Появляются таланты, а то помню, ребят девяносто третьего года рождения не мог 24 человека заявить, не было. Не было в нашей стране 24 баскетболистов девяносто третьего года рождения.

О том, как попал в «Уралмашfamily»

«В какой-то момент я понял, работы нет, и из меня как будто дух выбили»

— Приход в «Уралмаш». Уверена, многих, кто следит за отечественным баскетболом эта новость, мягко говоря, обескуражила. Как так вышло?

— В прошлом году я работал в подмосковных «Химках». Думал, что нашёл взаимопонимание с местным руководством. Даже не так, в клубе вроде как мной все были довольны, но к руководству клуба ещё присоединяется главный его спонсор – это руководство области. Там министр спорта, который сам по себе аграрий, так вот, он посмотрел на таблицу Суперлиги 1 и удивился нашему последнему месту. Я объяснил, мол, команда молодая, а играем в сильной лиге, где опыт и сыгранность имеют большой вес в конечном результате. Он говорит: «Надо решать вопрос, у нас сейчас так – нет результатов, значит, обрезаем финансирование». И они меня в срочном порядке уволили, честно говоря, даже без объяснений.

Я оказался в некрасивой ситуации: когда приходил туда, меня уверяли, что риски невозможны, ведь государство надёжно спонсирует клуб. Что даже если плохо сыграем, никто вас увольнять не будет. А оказалось всё, как в страшном сне. В какой-то момент я понял, работы нет, и из меня как будто дух выбили. Были и такие мысли: может вообще не тренировать, раз это никому не нужно. И тут мне позвонил Виктор Владимирович, рассказал, что есть такая команда – «Уралмаш». До этого мы с ним знакомы не были. Как-то мы с основной командой, когда я был в «Химках», «делили» ДИВС, тренироваться надо было, но не больше. Мы играли с «Уралом», а они, как раз, с «АлтайБаскетом».

Условились мы с ним сделать пробные 3 месяца, чтоб я поработал, он посмотрел на это, я оценил, как дела обстоят. И в мае месяце мы сели и решили, что нас всё устраивает, что дальше будем работать. Я осознал, что это всё серьёзно, план хороший и самое главное – люди здесь держат свои слова, можно им доверять и чувствовать себя спокойно. Вот, как раньше, в «Спартаке» с Кондрашиным я себя чувствовал спокойно, так и сейчас. И хорошо, что это обоюдно: и я доволен, и мной.

s-myachom

Конечно, тренировать детей никто не мечтает. Но у меня опыт работы был, я знаю, что в этой тренерской «категории» тоже есть свои плюсы. Ребята ещё пока «чистые», не испорчены контрактами, деньгами. И ты можешь из них реально сделать таких игроков, которых ты в них видишь. Да, они должны это принять, Понятно, что насильно ты никого не сформируешь. Но, тем не менее, ты можешь увидеть плоды своих трудов, может быть, воплощение тех желаний, которые ты не реализовал, будучи игроком. Это интересно.

Вот мой первый тренер до сих пор тренирует, ему уже за 70. И он всё мне говорит: «Я заканчиваю, заканчиваю!». А потом я узнаю, что он набрал ещё 2003-ий год. Это непрекращающийся процесс!

— К вашему приходу молодёжка была в разобранном состоянии, и вам пришлось всё начинать с нуля или же был готовый материал, с которым можно работать, достигать поставленных целей?

— Команда была. Я понимаю, что создать команду с нуля очень сложно. И поэтому отношусь к работе своих предшественников со всем уважением. Но, когда я пришёл, сразу понял – состав не тот, из которого можно сделать качественных игроков. Поэтому мы его поменяли практически кардинально. Сейчас уже появились люди, обладающие возможностями вырасти в хороших игроков. Сколько их будет – 2 или 12? Всё реально зависит только от них. Я не перестаю это повторять. Вот раньше, да и сейчас считается, что из молодёжного состава одного примерно возраста не может выйти больше одного или двух игроков, такое же есть мнение, и оно непоколебимо. Я на себя ориентируюсь: в Ленинграде была молодёжная команда, из неё выросло 11 человек – игроков сборной, и, вроде, 7 заслуженных мастеров спорта. Ничего невозможного нет, просто все работали, помогали друг другу. И это – не один год, это длительный процесс. Я вот сейчас нашёл запись игры, когда мне было 19, мы ездили в Америку со сборной. И я показал парням, которых сейчас тренирую, как мы играли. И говорю им: «Вот смотрите, играли, ведь ничего не умели: левой рукой водить не могли, обыгрывали чёрт пойми как – это 19 лет. Вам сейчас по 17, вот ещё полтора года и вы можете нас превзойти».

brosaet

— Уже поставили ребятам цели на этот сезон?

— Нам надо войти в десятку. Но, как говорится, аппетит приходит во время еды.

— Сложилось представление о соперниках в чемпионате?

— К сожалению, нет. Есть на то причины: во-первых, это детский спорт: то, что было в том году может уйти на нет в этом; во-вторых, все прогрессируют. Мы конечно, в сентябре будем собирать информацию, может кто-то товарищеские сыграет, может видеозаписи какие-то появятся.

«…в моё время игроки были поинициативнее…»

— Евгений Владимирович, вас всегда отличало, даже выделяло вдумчивое, хладнокровное отношение к игре. Не зря вас называли профессором…

— Мне  Кондрашин дал эту кличку, но потом она отлипла от меня, в ЦСКА уже…

— И всё-таки, сегодняшняя молодёжь делает хоть какую-то ставку на баскетбольный IQ или всё упирается в атлетизм?

— Они все хотят и умно сыграть, и красиво. На самом деле, они, конечно, ищут самый лёгкий, рациональный способ проявить себя – а это, как раз, и есть атлетизм. Вышел, прыгнул, забил – зачем усложнять? Сказать, что атлетизм – это какой-то тупой путь, неправда. Но всё же отмечу, что в моё время игроки были поинициативнее, сами предлагали тренеру тактические ходы. По крайней мере, я таким был, Кондрашин от меня бегал, говорил: «Слушай, у тебя столько идей, кроме тебя эти идеи никто не поймёт». А сейчас по-другому, ждут, когда им предложат ту или иную игровую модель.

«Если человека привели за ручку, он и уйдёт за ручку»

pryamo-v-ka

— Эту инициативность можно как-то привить или с рождения такое даётся?

— Честно – не знаю. Для меня это остаётся загадкой. Я думаю, всё можно развить, но первоначальные качества – инициативу, желание, это нельзя «подсадить». Если человека привели за ручку, он и уйдёт за ручку. Наша задача – их зажечь. Человек, который верит в себя, и работает лучше, и быстрее своё берёт.

— Владимир Петрович Кондрашин как-то отмечал, что в его тренерской коллекции Александр Белов является бриллиантом. Есть ли у вас такая коллекция и кто в ней бриллиант?

— Я думаю, у меня коллекция ещё совсем маленькая. Да и работал я, в основном, со сформированными игроками. Поэтому я не могу сказать, что один их воспитал, потому что каждый тренер в карьере игрока имеет своё значение и свой вес. Я только могу сказать, что какой-то вклад в них вложил и как-то на них повлиял. Такое могу сказать о Жене Фидии – самарском игроке, о Владе Трушкине, хотя мы с ним 2 года всего поработали: год в сборной и во Владивостоке. Считаю, что эти два человека – одни из ярких представителей, хотя у меня и Антипов тренировался в молодёжке, правда, у него не совсем правильное отношение было. Он «спускался» к нам иногда из взрослой сборной, и поэтому предвзято себя вёл, мол, это не его уровень. Из-за этого я не скажу, что он – мой игрок.

s-tru

Есть ещё у меня представительница женского баскетбола – Лена Данилочкина, сейчас – Кириллова. Она, в своё время, в «Вологде» была молодым игроком, я был там сначала вторым, потом первым тренером и предложил ей играть разыгрывающего. Она была сообразительной девчонкой. И через год или полтора сыграла на Чемпионате Европы и стала MVP турнира. И какой-то газете сказала, что благодарна за это Кисурину, мол, он первым стал ставить меня на эту позицию. Считать её своим игроком – я не имею права. Но, если она мне говорит «спасибо», значит, что-то полезное я для неё всё-таки сделал.

БЛИЦ (как ещё один неудачный способ объять необъятное, то есть личность Евгения Владимировича Кисурина):

— Лучший тренер вашей эпохи.

— Безусловно, Владимир Петрович Кондрашин. По знаниям и пониманию игровому – он самый сильный тренер.

— Три лучших баскетболиста России на данный момент.

— Я сейчас буду непопулярным. Это – Зайцев, Курбанов и, всё-таки, Швед. Хотя то, как он относится к игре и к своим партнерам, мне абсолютно не нравится. Но он даёт результат. Он такой, какой есть, не хочет меняться ни для команды, ни для кого. Но вот он – лучший.

— Самый запомнившийся игровой момент в вашей профессиональной карьере.

— Как-то мы играли с ЦСКА в «Можайке», Женя Пашутин отдал мне передачу между ног, и получилось так, что я был в тот момент на углу штрафной, поймал мяч и зачем-то выпрыгнул вверх, хотя, было ясно, что до кольца мне очень далеко. И Лопатов, был тогда такой хороший игрок, он прыгнул мне навстречу и я доехал на нём до щита и забил сверху. Визуально было так: я со штрафной с двух ног выпрыгнул и долетел до кольца.

И… последняя попытка, пожалуй, самая эффективная: тренерский штаб основной команды орудует словом:

Яков Фокин, главный тренер БК «Уралмаш»:

«Я был маленьким мальчиком, мы болели за сборную России, за Евгения Кисурина, в частности. Всегда при словах о нашей сборной всплывало именно это имя. Где-то больше года назад он сюда приезжал, проводил семинар, показал подготовительное упражнение к зонному прессингу, оно мне очень понравилось. Ещё когда в студенческой команде работал, использовал его. Думаю с «Уралмашем» ближе к Новому году начнём применять эту методику».

Владимир Полуянов, помощник главного тренера БК «Уралмаш»:

«Игрок со светлой головой, его очень ценил Сергей Александрович Белов в той сборной, с которой они заняли второе место на Чемпионате мира. Играл на позиции четвёртого номера, power forward, то есть мощный форвард. Был всегда очень атлетичным, прыгучим, техничным, «светлая» голова: мог и изнутри забить, и трёхочковый, и передачу грамотную сделать. Таких бигменов по пальцам пересчитать. Он всегда отличался интеллектом, «баскетбольным iq» — есть такое понятие, был всегда желанным партнёром в любой команде. Этот игрок, заслуженно, входит в зал баскетбольной славы нашей страны. Можно назвать его тренером-бисексуалом, ведь он работал как с женщинами, так и с мужчинами. Это говорит о многогранности его личности и как тренера, и как игрока».

Похожие материалы