Хей, «УралмашFamily», коннект! Одной из важнейших составляющих нашего уральского комьюнити, безусловно, является тесное соприкосновение в моральном плане между теми, кто физически на паркете, и теми, кто на площадке душой и сердцем. Вот мы и подумали, пора раскрывать эту загадочную уральскую душу, начали с одного из ярчайших представителей нашей диаспоры – насквозь екатеринбургского форварда Семёна Шашкова. Прямо скажем, поучилось много, НО по делу. И это дело не терпит промедлений.

6-min

В первой части большого интервью SuperСэм расскажет про суровое уральское лето, несложившуюся карьеру волейболиста, воспитание дочерей, режим нон-стоп в ЦСКА, поразительных словенцев и про то, чего не делают в Европе.

О ТОМ КАК «ПЕРЕОДЕЛСЯ» СТАДИОН НА УРАЛМАШЕ, РАССКАЗЫВАЕТ КОРЕННОЙ ЖИТЕЛЬ

— До того, как подписал контракт с «Уралмашем», часто удавалось бывать в родном городе?

— Ну, тут нужно посчитать: перед «Уралмашем» я был в Иркутске, до этого в Словении. Естественно, заезжал транзитом в Екатеринбург, но совсем на короткий срок, в Словении вот был долго, около полутора лет, как уехал, так и не приезжал ни на Новый год, ни на какие-то другие праздники. Это было, скорее всего, самое долгое расставание с Екатеринбургом.

2-min-1

— То есть, по сути, после отъезда ещё совсем юным в ЦСКА, ты задерживался на родине, только играя за «Урал»?

— Да, как уехал в ЦСКА, сезон там находился: новый год встречал в Москве, а летом, только в свободное время от сборной и тренировочных лагерей, приезжал домой.

— Этими наездами успевал ли ты ощущать свежее дыхание ЕКБ? Какое оно для тебя?

— Город, естественно, меняется. Район мой родной очень преобразился. Да, я, наверное, чисто по Уралмашу могу сказать. Он просто кардинально изменился с того времени, как я уехал в ЦСКА. Мне тогда где-то 14 лет было, 4 года я был в Москве, потом вернулся в «Урал». Самые значительные изменения для меня произошли именно со стадионом, мама живёт прямо рядом с ним. И вот в тот самый период, когда я был в столице, он очень резко начал «переодеваться».

— Расскажи тогда мне – человеку, который в силу своего возраста не застал того, что было раньше, что он из себя представлял?

— Там был такой олдскульный стадион, когда я говорю стадион, подразумеваю целый спортивный комплекс из различных площадок: баскетбольный манеж, бассейн, гимнастический зал. Постепенно стали всё это сносить, насколько я знаю, и просто переделывать всё под нужды футбола. В моё время он был более разноплановым: волейбол, баскетбол, мини-футбол, теннис, большой футбол, даже была, сейчас уже забытая, очень забавная игра «городки».

— То есть, ты в этом спортивном котле всё детство и варился?

— Конечно, всё детство прошло там. Самый настоящий советский олдскулл, там были две полноразмерные классные баскетбольные площадки, а сейчас всё это поменяли. Да, с точки зрения футбола они усовершенствовали стадион, сделали тёплый закрытый манеж, где игры проходят, вроде бы и территория вокруг этого манежа достаточно приятная, облагороженная, но мне, в целом, облик стадиона, который был до нравился гораздо больше.

— Хммм… Тогда я понимаю твои эмоции. Слушай, если на то пошло, воспользуюсь случаем и спрошу, в меня как человека неместного заложили такую, как будто нерушимую, мысль, мол на Уралмаше вечером лучше не появляться, а то точно не поздоровится. Настолько ли суров это район города как его рисуют?

— Я думаю, ни один Уралмаш у нас такой страшный. Я никогда непосредственно не сталкивался с чем-то ужасающим, но не буду скрывать – иногда в школу было страшновато ходить, обычно это было в такие моменты, когда кто-нибудь, ради смеха, травил байку, будто что-то произошло. И все такие: «О, надо в оба глаза смотреть!». Не знаю, по крайней мере, я никогда это не воспринимал как что-то криминальное. Сейчас, мне кажется, там всё спокойно.

1-min-1

ГДЕ КОМФОРТНЕЕ ВСЕГО SUPERСЭМУ?

— Твоя профессия приятно обязывает тебя, так или иначе, путешествовать по всей России и даже по миру. Из этого логичный вопрос: было ли такое место, после которого ты сам себе говорил: «Как же тут шикарно, с удовольствием бы остался!».

— Ну, вот Иркутск как город жене почему-то очень понравился, а, по-моему, далеко очень от дома, это чувствуется. Всё-таки, и на дорогу много времени уходит, тем более, если ездить поездом или машиной. Самое, всё-таки, приятное место для меня – это Словения. Там теплее, там море совсем рядом, то есть не нужно никуда выезжать, рядом Италия, Хорватия, Австрия, всё — это очень увлекательно. Тем более, если у тебя есть свободное время и возможности, ты можешь спокойно ездить по всяким интересным, замечательным местам. Кроме моря, ещё и горы, в общем, просто целый природный коктейль у тебя в распоряжении.

7

Лето, по сравнению с нашим, я тебе скажу, гораздо длиннее, не как у нас: месяц в июле погрело и всё, там тепло уже в мае, если не раньше, и вплоть до октября, такая приятная комфортная погода.

— Расскажи, какой ветер тебя туда занёс и долго ли ты там пробыл?

— На момент отъезда, я даже не знал, останусь там или нет. Поехал просто на диагностику, тестирование, у меня был восстановительный период после операции. Мне в 2014-ом году её сделали, и я полгода ничем не занимался, то есть, вообще не играл. И летом 15-ого, я через агентов поехал в Словению, взял билет в один конец и, в итоге, до осени следующего года там остался.

— Практически каждый год в режиме нон-стоп. Как на это реагирует женская часть твоей семьи, благо она у тебя самая многочисленная? (прим. у Семёна 2 прекрасных дочки).

— Никто, пока что, к школе, допустим, не привязан, поэтому проблемы-то особой нет. Сели в самолёт, поезд, вот и всё.

— А как же бабушки и дедушки, скучают, наверное, по внукам?

— Кто как, кто-то больше переживает, кто-то меньше, но все, конечно же, скучают и поддерживают в любой ситуации.

С ГОЛОВОЙ ОКУНУЛСЯ В ДЕТСТВО

— Ты родился в абсолютно офизкультуренной семье: мама, папа, бабушка – все играли в баскетбол, дедушка – в футбол. Каким получилось твоё детство: полностью на спортивных объектах и в тренировочных залах или же родители не отказывались от помощи бабушек и дедушек?

— Когда я был мелким, мама ещё играла, мой режим был вполне обычным. Потом, образовался ЕВРАЗ, мама с папой уже работали в Екатеринбурге, я – то в школе, то на тренировках.

— То есть вполне даже среднестатистическая семья?

— Да, можно и так сказать.

— Знаю, что в детстве ты не на один баскетбол замахивался. Расскажи об этом поподробнее.

— Некоторое время ходил на волейбол. Даже в городских соревнованиях принимал участие, тренер хотел, чтобы я остался в команде и продолжил волейбольную карьеру, но меня как-то не зацепил этот вид спорта. Видимо, не особо затянула волейбольная «тусовка», сам тренировочный процесс. Баскетбол мне казался более интересным, динамичным.

— А родители тебя намеренно не подталкивали к этому виду спорта?

— Да нет, конечно, они оба работали, никто меня и не думал заставлять, желание играть в баскетбол пришло само, может быть, автоматически сработало в голове что-то. Мама сама играла, потом тренировала, я просто рядом всегда тусовался с мячиком. Но, чтобы прямо за ручку привести, нет, такого не было. У меня всегда был выбор: вот волейбол, на футбол в зимний манеж на Уралмаше бегал, пару раз мне ноги отбили, и желание быстро пропало.

БЫТЬ ОТЦОМ ДЛЯ ДВУХ ДОЧЕРЕЙ

— У тебя две лапочки-дочки, ты как отец уже думал, кем бы хотел их видеть в будущем или отдашь всю инициативу им в руки?

— Ой, даже не знаю. Пока что точно ни к чему не подталкиваю, просто пытаюсь предоставить все возможные варианты, то есть, что их заинтересует, тем пусть и занимаются, пробуют себя. Старшая сейчас рисует, поёт, танцует. В общем, то, что свойственно больше девочкам, тем и занимается. Балет, все дела – нравятся ей такие вещи. Младшая, она пока что, во всём за сестрой старается следовать, повторюшничает. Мне кажется, не стоит что-то навязывать, хотя, это само собой получается, без моего желания. Детям же всё интересно:

— Папа, ты куда?

— На тренировку.

— Папа, ты куда?

— На игру.

— Давай, побеждай!

5-min

Это рано или поздно скажется. Но, по крайней мере, пока она полноценно баскетом не занималась, да, бывало, ездила в Пышму с бабушкой на тренировки, не более того.

НОН-СТОП В ЦСКА

— Уже в 14 лет ты попал в знаменитую систему московских армейцев, про которую ходят разные слухи, мол, и правда, не далеко от армии ушли и всё такое прочее. Это – обоснованно или просто очередной спортивный стереотип?

— Скорее стереотип. Там, безусловно, акцент делался на дисциплину, правильный распорядок дня, как в жизни, так и на паркете. Но прямо чтобы под армию косить, нет. Да, порой было жестковато, но это скорее в плане баскетбольной дисциплины, спортивной школы на паркете.

ЦСКА помимо баскетбола включает в себя ещё кучу других видов спорта, удавалось ли соприкасаться со сверстниками, занимающимися не баскетболом, может кто-то из них вырос до уровня мировой звезды?

— Честно говоря, у нас там всё было в режиме нон-стоп. Интернат, через Ленинградку баскетбольный зал. То есть, интернат – зал, зал – интернат.

9

— Чисто психологически от такого муторного режима не уставал?

— Даже не знаю, в том возрасте всё равно находили себе развлечения, было, чем себя позабавить. Сейчас, наверное, от такого режима бы поплыл. Тем более в том возрасте чрезмерно хотелось расти в плане баскетбола, море амбиций, а где ещё можно получить столько полезного баскетбольного багажа, как ни на тренировках и играх.

А если о людях, с кем удавалось соприкасаться в то время. 2 или 3 года меня и ещё несколько человек привлекали на тренировки с основной командой. Мы ездили с ними на предсезонные сборы, различные турниры. Тогда в составе были такие люди, как Матьяж Смодиш, Траджан Лэнгдон, Дэвид Андерсон, Джон Холден.

Естественно, в межсезонье боевым составом и не пахло: кто-то отдыхал, кто-то выступал за национальные сборные, поэтому молодняка было много: Швед, Воронцевич, к примеру.

— С нынешним тренером сборной России – Сергеем Базаревичем удалось поработать?

— Когда я только приехал на просмотр, там как раз он и был, всем тренировочным процессом в этом «скаутском» лагере заправлял. А после того, как меня взяли, на его место пришёл другой тренер. И потом в сборной я с Базаревичем тоже немножко поработал.

ПРО ЭТО У ВСЕХ СПРАШИВАЮТ…

— Наверняка смотрел последний Чемпионат Европы в исполнении наших парней, как оценишь работу команды в целом?

— Очень хорошо ребята сыграли, я считаю. Сказать, что команда как-то кардинально поменялась, не могу. Все баскетболисты давно крутятся в системе национальных команд, просто меняются тренеры. С задачей команда справилась. Четвёртое место с порой очень яркой игрой, с хорошей в защите и нападении, чуть-чуть не хватило, могли бы и в тройку попасть.

8

— Какая сборная для тебя стала приятным сюрпризом на этом «мундиале»?

— Ну, словенцы поразили меня своим напором, эмоциями и результатом, конечно. Прошлись по всем соперникам на каком-то немыслимом драйве.

А ОБ ЭТОМ НЕЛЬЗЯ НЕ СПРОСИТЬ…

— Самая загадочная страница в твоей истории… Комментаторы смело заявляют – «Шашков участвовал в драфте НБА!». Так ли это на самом деле?

— Ой, это очень мутная история. Была попытка, больше даже на словах. У меня в то время появился новый агент, который предложил выставиться на драфт. Сказал, что может даже получиться поехать на него. Вроде бы бумаги какие-то были отправлены, по сути, на этом всё и застопорилось. То есть, дальше подачи заявки дело не пошло. Зато разговоров по этому поводу было – хоть отбавляй.

— А ты сам загорелся всем этим или не воспринимал серьёзно?

— Да нет, конечно, я даже не могу вспомнить конкретные мотивы всего этого действия. Может быть, агент хотел всему этому придать значимость, не знаю. Мечты об НБА, конечно, были, как без этого мальчику, который играет в баскетбол. Мне всегда нравился американский и сейчас нравится. Тем более в детстве он меня намного больше, чем европейский привлекал.

— Почему?

НБА всегда освещался и освещается по-другому. Это всегда преподавалось как что-то сверх крутое. Особой возможности не было наблюдать за этими играми, тем не менее, старались какие-то кассеты находить с записями матчей, конкурсов бросков сверху, трёхочковых. Нам это нравилось, нас это безумно восхищало.

4-min-1

Ну, как почему? Потому что это было красиво, совсем другой уровень, в Европе такого не делают, если и делают, то разница всё равно на поверхности, она очевидна.

— В этой теме кумира в детстве не обойти…

— Ну, в детстве, конечно, были. Коби Брайнт, Майкл Джордан. Когда был маленьким действительно с них фанател, пытался на тренировках что-то повторить. Потом, постепенно, это ушло. Начал смотреть на них ни как на что-то сверхъестественное, а как на профессионалов, интересных игроков. «Не сотвори себе кумира» — не зря так говорят.

Похожие материалы